Проект «Эффективный человек»

Хотя многие из нас овладели профессиональной виртуозностью во всем, что касается «вышелушивания» информации из потока сырых данных, в основной массе мы все еще являемся профанами в том, что касается ее применения. Слишком часто знания, полученные из книг, видеозаписей и разговоров, оседают в памяти мертвым грузом.

Предыдущая статья о проработке книг и записей давала представление о том, как в моем понимании должна выглядеть удобная и эффективная система “выжимания” знаний. В этой статье, не претендуя, впрочем, на объективность, я попробую поделиться мнением о том, как должна выглядеть эффективная методика подготовки этих знаний к постоянному применению.

Меня всегда раздражают статьи, которые вызывают ворчание типа «да, но…» Авторы таких текстов могли бы легко предотвратить беспокойство небольшим тактичным объяснением в самом начале, но, очевидно, пожалели для этого места. Чтобы не уподобляться им, поясню сразу: на мой взгляд, ни одна из существующих методик обработки информации не способна выдавать готовый к применению продукт, почему я и задался целью описать свою собственную. Но я ни в коей мере не утверждаю, что все прочие методики строго неправильны; мой аргумент – в его резкой форме – состоит в том, что они смотрят на информацию неправильным способом.

Википедия утверждает, что в настоящее время не существует единого определения термина «информация». Но даже среди приведенных определений – не встречается такого, которое определяло бы информацию как промежуточную стадию некоторого процесса научения, которой она, без сомнения, является. Есть некоторая удивительная близорукость в том, что и технические науки, вроде физики или кибернетики, и общественные, вроде статистики и лингвистики – независимо и сообща признают наличие энтропии, определяющей итоговое качество информации, но не догадываются связать это с особенностями конкретной формы.

Что я имею в виду под «формой», можно понять, если составить условную цепочку, через которую наш разум, словно алхимик через множество колб и трубочек, перегоняет «единицы смысла», добиваясь собственного развития ради будущего выживания. Из самой простой формы – message data – он отфильтровывает те моменты, которые считает значимыми и перспективно полезными, и приводит это в форму information. Затем, из этой промежуточной формы, ему нужно успеть получить knowledge – некую квинтэссенцию, «микстуру знания», уже возможную для применения, но пока еще существующую отдельно от него. И наконец, он должен принять и усвоить эту «микстуру», превращая знания в «абсолютную истину» – привычки, принципы, рефлексы и иные подобные формы поведения, не требующие сознательного контроля для своего исполнения. Эта цепочка превращений и есть процесс «научения» мозга.

Но что же такое информация? Я позволил себе предположить, что это своеобразный нередуцируемый «субстрат» из многочисленных потоков данных, постоянно обрабатываемых мозгом. Чтобы не быть обвиненным в использовании «умных слов», поясню, что «нередуцируемый» здесь обозначает такой «сухой остаток», дальнейшее «осушение» которого повлечет уже не повышение, а потерю качества. Очень легко представить себе этот субстрат на реальном примере: в предыдущей статье я упомянул некие категории цитат, которые выделяю при прочтении очередной книги. Выкинув после этого прочтения из книги все, что не попало в какую-либо из категорий, я получил бы «субстрат книги» – по сути, сборник самодостаточных цитат, пригодных для дальнейшей обработки. «Нередуцируемость» здесь представлена тем фактом, что при удалении даже самого маленького предложения цитата изменит тот смысл, который я пытался в ней проявить.

Что же дальше происходит с информацией (конкретно – с полученным нами «сборником»), прежде чем она станет частью нас самих? Вот вопрос этой статьи. Мною уже обозначен следующий этап: информация превращается в знание. Осталось понять, как.

Позволю себе еще раз привести аналогию.

***

Я понимаю, что эти литературные отступы отдаляют читателя от тех конкретных шагов, которые он хотел бы получить и двигаться дальше. Но для полного понимания, как мне кажется, нужно исследовать сущность процесса познания, а не тупо следовать инструкции. Я уже достаточно насмотрелся на крупицы смысла, подаваемые в формате «10 лучших советов для…» или «Возьмите чистый лист бумаги…», чтобы раз и навсегда отказаться от подобной формы подачи: в большинстве случаев, они скорее калечат того, кто их использует, чем действительно совершенствуют какие-то наши навыки.

Итак, аналогия. Представьте себе современное здание – величественное строение из стекла и стали, шедевр дизайнерской и конструкторской мысли. Допустим, что это – конечный результат, который намеревается получить герой книги Жюля Верна Сайрес Смит, не имея под руками чего-то вроде рынка металлопроката или бригады подрядчиков – аналогично каждому читателю, который берет в руки полезную книгу. С чего начинается его работа?

В первую очередь, ему нужно получить материал. Руда и песок, существующие в природных формах – это наша аналогия для message data, необработанных «сырых» массивов данных. Добыв руду и песок, Сайрес фильтрует и выжигает из них примеси, получая чистое железо и мелкий просев – наша аналогия для informaton. Но и это еще не материалы. Это просто сырье, из которого наш герой с помощью различных закрепляющих примесей, каления и формовки получает металлические швеллеры и листы стекла – наша аналогия для knowledge. И наконец, из полученных материалов он строит величественное здание – точно так же, как с помощью добытых знаний человек строит свой характер и свой образ мыслей.

К моему удовольствию оказалось, что эта, довольно-таки сомнительная, аналогия имеет ряд дополнительных неочевидных выгод. К примеру, задавшись вопросом «А как наш инженер смог выплавить сталь?», мы приходим к пониманию необходимости производственного цеха, который в данном случае является аналогом «системы оптимизации знаний». То есть, наличие системы – неотъемлемая часть процесса, а не какой-то необоснованный каприз.

***

Итак, что нужно сделать, чтобы информация, полученная из книги, стала полезным знанием? Я предлагаю переработать ее, получив из несвязной цитаты – аутентичный вашему пониманию текст. Например, мне очень понравилась цитата из книги «Архитектура компьютера» Сеймура Крея, в которой он описывает оригинальный способ управления временем:

- Скажите, Сеймур, я видел ваш Форд на парковке – почему вы купили именно эту машину? Я вот сейчас думаю, какую машину мне покупать, и никак не выберу…
- Все просто. Я пошел в ближайший автосалон, подошел к ближайшему продавцу, ткнул пальцем в ближайший автомобиль, и сказал: “Я беру эту”.
- Но…
- Это самый оптимальный способ, коллега. Он позволяет мне тратить минимум времени на неважные дела и посвящать максимум времени разработке суперкомпьютеров. Рекомендую.

Но, очевидно, в такой форме эта мысль не может быть «знанием», которое находится в состоянии готовности в моей голове – здесь неправильно расставлены акценты. Да, конечно, я могу в нужный момент вспомнить этот диалог и красиво «ввернуть» его в разговоре; но действительно ли я пользуюсь им в своей жизни? Практика показывает, что хотя я и восторгаюсь поведением Крея, сам я вовсе не ограничиваю себя в том, что касается временных затрат на покупку разного рода бесполезных вещей. А значит, эта информация должна быть переработана с тем, чтобы стать аутентичной моему образу мысли. Например, в форме «принципа»:

Нужно стараться тратить минимум времени на неважные дела и посвящать максимум времени главной цели. Если дело считается неважным, не имеет особого значения, какого качества конечный результат будет получен.

К примеру, если мне нужна машина – нужно пойти в ближайший автосалон и ткнуть пальцем в ближайший автомобиль, вместо того чтобы глубоко погружаться в мир автомобильных марок и характеристик. Автомобиль здесь – лишь одно из средств, а не конечная цель.

Конечно, вы можете выбрать и другую форму. К примеру, меня очень привлекают своей четкостью и живостью мысли удачные моменты, замеченные некоторыми авторами, а также их стиль изложения; но эта информация не имеет практического значения, если ее перевести в форму «я должен делать так-то и так-то». Чтобы усвоить приглянувшийся стиль, нужно много вторичных данных – о личности автора, специфике его профессии, условиях, в которых была написана книга. Следовательно, здесь более полезно будет попытаться «скопировать» личность и образ мысли автора в процессе работы над собственной книгой или статьей (например, в этой заметке я прорабатываю стиль Ричарда Докинза, воодушевившего меня аккуратностью своего мышления).

***

Резюмируя, повторюсь еще раз: ни в коей мере не утверждая, что существующие методики обработки информации строго неправильны, я все же считаю, что они смотрят на информацию неправильным способом. Рассматривая информацию, получаемую нами из общения, чтения книг и просмотра видеофильмов, как самостоятельный продукт, мы делаем, возможно, ключевую ошибку научения.

Одна из главных мыслей этой заметки состоит в том, что предпочтительнее воспринимать те «вкусности», которые мы отмечаем для себя во внешнем мире, не как готовые к использованию единицы смысла, а лишь как «сырье» для развития интеллекта и построения собственного «здания». В какую форму знания вы будете превращать это «сырье», зависит от ваших собственных целей; это может быть форма «внутреннего закона», или «алгоритма достижения такой-то цели», или даже статьи в виде «10 лучших советов для…», а в идеале – нового взгляда на мир и новой модели поведения. Не суть важно; важнее понимание того, что у процесса вашего развития есть последущие этапы.

С уважением, Алексей Глазков.